Онлайн-церковь: риски и возможности

Онлайн-церковь: риски и возможности

Карантин как импульс «онлайн». Затянувшиеся карантинные ограничения, связанные с COVID-19, существенно повлияли на уклад жизни общества. Значительная часть этой жизни переместилась в сферу онлайн. Не стала исключением и церковная жизнь. Практически каждая местная община, которая могла финансово и технически обеспечить себе соответствующие каналы связи, за время карантина проводила свои служения в формате онлайн-трансляций. Если до карантина церковный веб-сайт и YouTube-канал выполняли скорее рекламную и просветительскую функции, то во время карантина их значение возросло чуть ли не до основополагающего.

Для многих пасторов и тем более простых членов церкви подобные метаморфозы стали шоком и потрясением. Возникла необходимость резко менять то, что формировалось годами, адаптироваться к внезапно изменившейся ситуации. Такое не проходит без последствий. А если мы говорим о церкви – тем более. Церковь – достаточно консервативная категория. Для большинства христиан еженедельные встречи в молитвенном доме были столь же привычны, как поход на работу в будние дни. Люди посещали богослужения регулярно, что вошло в привычный ритм жизни, и вдруг … системный сбой!

Карантин разрушил монотонный, размеренный образ жизни по схеме «работа/ дом/ церковь/отпуск». Когда же наиболее жесткие карантинные ограничения были сняты и христиане стали постепенно возвращаться к оффлайн-собраниям, многие священнослужители с удивлением обнаружили, что недосчитались прихожан/членов общины. Мне трудно судить об общих масштабах происшедшего, но в разной среде доводилось слышать о 20 – 40% от общего количества общины. Тенденция очевидна: во время карантина существенная группа людей фактически порвала с церковными собраниями.

Причем речь не идет о том, что эти люди непременно утратили веру во Христа. Значительная их часть продолжает называть себя христианами, однако не желает возвращаться к той религиозной практике, которая составляла неотъемлемую часть их докарантинной жизни. Они предпочитают оставаться в формате онлайн-поклонения Богу, несмотря на то, что (на момент написания данного материала) обладают возможностью поклоняться Ему без формальных ограничений.

Мне доводилось слышать разные оценки данного явления: от бьющих тревогу, т.е. видящих в этом угрозу разрушения церкви, до восторженных, указывающих на то, что благодаря карантину и онлайн-богослужениям наше осмысление церкви вышло на новый уровень. Очевидно, что мы сталкиваемся с новым феноменом церковной жизни, значение которого нам предстоит осознать.

Последние исследования, проведенные в США, говорят о том, что больше половины (56%) евангельских христиан (Evangelicals) даже после окончания карантина хотело бы сохранить возможность онлайн-участия в богослужениях. Чуть меньше половины (45%) заявило, что онлайн-поклонение Богу для них равноценно и даже более значимо, чем поклонение вживую. [1] Полагаю, что следует глубоко осмыслить процессы, связанные с онлайн-богослужением, которые уже сегодня происходят в местных общинах.

Докарантинный опыт первопроходца. В отличие от большинства церковных служителей, я столкнулся с особенностями богослужения в формате онлайн задолго до карантина. С 2015 года я несу служение проповеди и изучения Библии в собрании, которое происходит онлайн. С наступлением карантина в моей церковного практике служения практически ничего не изменилось. Можно сказать больше: в период пандемии церкви начали в той или иной степени приближать свои собрания к формату, который уже был хорошо мне знаком. То есть, в некотором смысле, карантин превратил меня из «маргинала» в одного из первопроходцев в рамках «нового мейнстрима».

Формат нашего богослужения (видеоконференция через Skype) был задуман для христиан, которые по объективным причинам (слабое здоровье, выездная работа, воспитание малолетних детей и проч.) не могли посещать богослужения в домах молитвы. Данный формат никогда не позиционировался как альтернатива традиционным собраниям. Скорее он был задуман как некий их заменитель для тех, у кого нет возможности физически посещать молитвенный дом, но есть желание не только посмотреть, но и поучаствовать в богослужении. Несмотря на, казалось бы, благородную цель и вполне безобидный (весьма незначительный) масштаб, я, спустя определенное время, подвергся критике со стороны некоторых братьев во Христе. Меня обвинили в том, что, с тех пор, как появилось онлайн-богослужение, некоторые члены церкви предпочитают смотреть его и не посещают традиционные собрания.

Для меня такая постановка вопроса выглядела странной. У меня никогда не возникало сомнений в том, что живое собрание лучше, чем «интерактивное». Когда у меня есть выбор, какое из них посетить – я всегда выбираю живое. Если же люди сознательно предпочитают онлайн-богослужение традиционному, то это скорее говорит о духовных проблемах этих лиц, а не о порочности онлайн-формата как такового.

Если взглянуть на проблему шире, то можно вспомнить, как еще до карантина пасторы жаловались на то, что члены их церквей предпочитают слушать/просматривать дома проповеди А. Коломийцева или Дж. Макартура вместо того, чтобы посещать молитвенный дом.

Надеюсь, что мы все понимаем, что для спасения не обязательно посещать церковное собрание, однако верно то, что спасенный человек испытывает внутреннюю потребность в общении с братьями и сестрами по вере. Поэтому прискорбно наблюдать, как люди избегают встреч с братьями и сестрами лицом к лицу. Однако я сомневаюсь, что в этом случае появление онлайн-богослужения является единственной или главной причиной. Когда мы бьем тревогу по поводу того, что некоторое число членов общины не вернулось в наши собрания после карантинных онлайн-богослужений, мы говорим о следствии, не вдаваясь в первопричины данного явления. А они лежат глубже. Возникли они, конечно же, намного раньше, чем локдаун, связанный с COVID-19.

Карантин поставил перед христианством «зеркало». Каждая местная община, священнослужитель и рядовой член церкви прошли тест на внутреннее наполнение нашего христианства. Что для нас означает христианство? Есть ли у него внутреннее содержание или же только форма, доведенная до автоматизма многократным повторением одних и тех же слов и действий? Христианство – это живые личные отношения с Богом или это просто «раз в неделю сходить в церковь»? Возможно, что те люди, которые «вышли от нас» во время карантина никогда не были нашими? Ведь «если бы они были наши, то остались бы с нами» (1Иоан.2:19). Возможно, все их христианство и состояло из двух-трех часов пребывания на богослужебных собраниях? Как только карантин временно прервал богослужения, для них прекратилось и само христианство?

Я нахожусь в церкви почти четырнадцать лет и несу активное служение более двенадцати лет. Из них около шести лет совершаю служение в формате онлайн. За это время я пережил множество испытаний, конфликтов и разочарований, но никогда у меня не возникало желания уйти в мир или отгородиться от собраний в доме молитвы. Я служу онлайн потому, что вижу в этом призвание, а не потому что избегаю традиционных собраний или считаю их ненужными. Поэтому я не склонен искать причину оттока людей из церквей в ставших сейчас массовыми онлайн-богослужениях. Скорее тут очевидна обратная причинно-следственная связь. Люди, которые искали повод уйти из церкви, воспользовались карантином, а свой де-факто уход решили замаскировать под переход в режим поклонения онлайн.

Причины церковной онлайн-миграции. Когда моя книга «Институциональное пленение Церкви» [2] впервые увидела свет, многие критики заявляли, что практическое воплощение моих идей спровоцирует отток людей из церкви. Я этого не отрицал, но в свою очередь уточнял: из церкви уйдут только те, кого в ней удерживает страх, административные рычаги, финансовая зависимость и другие институциональные факторы. То есть те, кто, с духовной точки зрения, и так частью церкви не является. Впасть в заблуждение может только тот, кто не принял «любви истины для своего спасения» (2Фес.2:10-11). Тот же, кто познал истину, всегда останется свободным (Иоан.8:32). Возможно и сейчас, оплакивая отток из церкви людей, которые принадлежали к ней лишь формально, мы оплакиваем реальность. Мы обвиняем онлайн-богослужения в том, что они открыли нам глаза на то, что мы ранее отказывались видеть.

Карантин и связанный с ним продолжительный перевод богослужений в онлайн-формат наглядно продемонстрировали нам, насколько ограничены механизмы церковного контроля. Между тем, именно когда человек предоставлен сам себе, он и показывает свою истинную сущность. В евангельской притче господин (прототип Христа), дабы узнать истинную сущность своих рабов, оставляет их одних и не сообщает, к которому дню и часу вернется. Верный и благоразумный раб даже в отсутствие своего господина будет вести себя надлежащим образом. А вот злой раб, конечно же, пустится «во все тяжкие» как только господин уедет (Лк.12:36-48). Закономерно, что, когда Господин вернется, Он обнажит истинную сущность и сердечные намерения каждого из рабов (см. Евр.4:13).

Припоминаю дискуссии в наших общинах о том, должны ли священнослужители запрещать наличие телевизора в христианской семье. Телевизор называли главным источником пагубного влияния на умы христиан. Сегодня у каждого в кармане есть смартфон с возможностью очистить историю посещений. Возможностей грешить стало больше; риск же быть «пойманным на горячем» уменьшился. Так может быть нам выгодно сегодня винить во всем онлайн-богослужения, как раньше мы винили телевизоры? Возможно, мы боимся признаться себе в том, что наше христианство «взвешено на весах и найдено очень легким» (Дан.5:22)? Неужели в наших церквях было много «злых рабов», которые только и ждали повода, чтобы уйти? Неужели появление церковных онлайн-общений – это лишь маскировка истинных причин, по которым столько людей перестало посещать собрания?

Предположим, что моя гипотеза верна. Тогда причины массовой миграции богослужений в онлайн-сферу аналогичны тем, по которым люди прекращали посещать собрания до карантина. Разве что уход в онлайн лучше маскирует эти причины (как для окружающих, так и для самого человека, который покидает церковь). Просто уйти «не комильфо», а вот уйти «в онлайн-церковь» – это «уйти красиво». Уход в «онлайн» как бы является индульгенцией и позволяет избежать навязчивых расспросов пасторов: почему же ты перестал посещать собрания? Кроме того, он как бы оправдывает само желание уйти. Вы уходите не по причине своего греха, а потому что хотите быть «онлайн». Обозначим истинные причины, по которым люди перестали посещать собрания и то, как они связаны с онлайн-миграцией.

Непобежденные грехи. Местная община – это не только источник братской любви и поддержки, но также место, где мы практически учимся жить по библейским стандартам. Если человек годами живет в непобежденном грехе, и в живом собрании ему на это указывают, а он не хочет меняться, уйти в «онлайн» очень удобно. Ведь в большинстве онлайн-богослужений нет целенаправленной и персонализированной работы с отдельно взятой душой. Проповедник по ту сторону экрана произносит массу красивых слов, которые могут нам очень нравиться. Однако, в отличие от пастора местной общины, он не обличит персонально нас и не призовет раскаяться в грехах.

В результате, в нашей душе благополучно могут уживаться восхищение высокодуховными проповедями и отсутствие практических христианских качеств в простейших бытовых ситуациях. Однако мы и не хотим, чтобы нас обличали. Мы считаем себя онлайн-христианами, не отделяя себя от наших грехов и «отправляем в бан» каждого, кто нам на эти грехи указывает. Мы боимся признаться себе, что живем во грехе и категорически отрицаем, что ушли в онлайн именно потому, что не хотим признать свой грех, раскаяться в нем и меняться.

Конфликты и обиды. Посещая живое собрание, мы так или иначе сталкиваемся с людьми, с которыми у нас возникают конфликты. В живом собрании (особенно в небольшом) хорошо заметно, когда два человека находятся в длительной конфронтации. Для обиженных на брата или сестру виртуальное поклонение Богу – способ уклониться от разрешения возникшего конфликта. Они одновременно вроде бы и в собрании, и получили возможность не пересекаться с теми, с кем имеют напряженные отношения.

Онлайн-богослужение могут одновременно смотреть с разных гаджетов два человека, которые “не в мире друг с другом”. Так зачем мне идти на собрание, где я каждую неделю буду встречаться с человеком, в сторону которого я не хочу смотреть? Примириться, признать свою часть вины? Зачем, если можно затаить обиду, чтобы о ней никто не узнал, спрятаться от неразрешенного конфликта в онлайне! Если же конфликт возникнет уже в онлайн-среде, то можно будет просто «забанить» оппонента. Другими словами, формат онлайн-служения может быть источником мнимых ответов на сложные вопросы, а также создавать иллюзию простого решения сложных проблем.

Потребительское отношение. Посещать еженедельные собрания – базовая духовная потребность истинно верующего человека. У формально и поверхностно верующих мотивы посещать богослужебные собрания иные, нежели внутренний духовный порыв. Задумаемся над тем, как ушедшие люди рассматривали свою местную церковь. Не удивлюсь, если многие смотрели на посещение собраний с позиции: что я с этого буду иметь или что церковь может дать мне? Здесь речь не обязательно о какой-то материальной выгоде. Профит от посещения собрания может быть и сугубо моральным. Когда собрания прекратились, принадлежность к церкви больше не стала приносить ожидаемого результата. Поэтому дальше отождествлять себя с церковью с точки зрения потребителя стало бессмысленно.

Но почему же тогда – возразят мне оппоненты – эти потребители не вернулись в общины после ослабления карантинных ограничений? Дело в том, что психология потребителя инфантильна. Она по определению ищет наименее трудоемкий способ удовлетворить собственные потребности. В условиях карантина церковные потребители вынуждены были искать замену собраниям. Они нашли ее в том числе и в онлайн-богослужениях. Они обнаружили, что можно самоутверждаться и через комментарии под трансляциями богослужений, и показывать себя в различных формах сетевого общения. Таким образом, они стали получать тот же эффект, который ранее получали от живых собраний, но с куда меньшей затратой усилий.

Лень. Всем известно, что нетрудно сделать утреннюю гимнастику один раз. Трудно заставлять себя делать эту зарядку каждый день, не взирая на текущие дела, настроение и погоду за окном. Начинать регулярные тренировки после длительного перерыва еще труднее. Тот же эффект, на мой взгляд, имеет место и в посткарантинной церковной среде. Если на живое собрание надо раньше встать, привести себя в порядок, одеться и прийти в определенное время, то онлайн-богослужение можно смотреть в домашнем халате или даже лежа в постели. Не обязательно начинать вовремя, можно опоздать к началу, а то и вовсе прослушать проповедь и песнопения в записи.

Ощутившие вкус такого «фривольного» участия в богослужениях не желают вновь обременять себя той самодисциплиной, которой требуют живые собрания. В онлайн-богослужениях они находят банальное оправдание своей лени, в то же время успокаивая себя тем, что они хоть как-то, косо-криво в богослужениях участвуют. Однако лень имеет свойство усиливаться, поэтому следующим этапом ее проявления, как правило, становится просмотр онлайн-служений с использованием перемотки. А за этим, в свою очередь следует… да, правильно, полная утрата интереса к богослужениям.

Богословский хаос. В наших церквях и до карантина было немало людей с богословскими взглядами, далекими от христианской ортодоксии. Причем это касалось как абстрактно-теоретических, так и основополагающих вопросов, составляющих суть христианского мировоззрения. У многих из этих людей мировоззрение напоминало лоскутное одеяло, сотканное из фрагментов различных концепций, которые не укладывались в целостную картину и были взаимоисключающими. В местных церквях на таких людей смотрели сквозь пальцы. Да, он, конечно, чудак, но пусть хоть как-то верит. Ведь «притворно или искренно, я и тому радуюсь и буду радоваться» (Флп.1:18).

На самом деле эти люди напоминают афинян, которые из праздного любопытства, как дегустаторы «ни в чем охотнее не проводили время, как в том, чтобы говорить или слушать что-нибудь новое» (Деян.17:21). Их в точности описывал апостол Павел, как «всегда учащихся и никогда не могущих дойти до познания истины» (2Тим.3:7). Карантин и массовая популяризация онлайн-богослужений стали золотым временем для подобных «экспериментаторов». Ведь можно было собирать по всему интернету наиболее причудливые богословские трактовки, да еще и делать это под видом участия в еженедельных онлайн-собраниях. Когда карантин закончился, «свободные художники» и «вольные стрелки» предпочли экспериментировать дальше, а не возвращаться в свою «скучную» и «ограниченную» церковь.

Недовольство местной общиной. Все вышеперечисленные причины связаны преимущественно с внутренним состоянием самих людей, которые порвали с церковными собраниями. Однако я не хочу сказать, что сами церкви ни в чем не виноваты. Если до карантина в церкви была нездоровая атмосфера, то локдаун и связанный с ним переход богослужений в онлайн-формат послужил катализатором для критической переоценки жизни местной общины, которую люди посещали до этого. И если во всех вышеупомянутых причинах мы говорили о поверхностных христианах или же о людях, которые мимикрируют под христиан, то по причине недовольства своей церковью уйти в «онлайн» могли вполне себе искренние и глубоко верующие люди.

Когда богослужения в формате онлайн приобрели массовый характер и вышли из тени живых собраний, у людей появилась возможность сравнить свою церковь с другими церквями. Горизонт видимости других церквей значительно увеличился, а недостатки своей церкви на фоне лицезримых других церквей стали проступать более явно. И если приведенные выше причины ухода в онлайн – это, как правило, завуалированная форма ухода из церкви вообще, то недовольство своей церковью привело к поклонению онлайн тех людей, которые хотели бы остаться в церкви, но не нашли замену своему собранию в достижимом оффлайн-пространстве.

Конечно, были и те, в ком карантинный локдаун обострил чувство недовольства своей церковью, и они покинули церковь как таковую. Однако таких, по всей видимости, меньшинство. [3] Большая часть недовольных своей общиной предприняла вполне логичный шаг: сменить церковь, которая по тем или иным причинам перестала их устраивать, на более приемлемую. Для таких людей онлайн-богослужения просто расширили свободу маневра, позволяя выбирать не из нескольких десятков церквей в своем городе, а из нескольких сотен или даже тысяч церквей по всему миру. Именно поэтому карантин зафиксировал тенденцию перехода из живых богослужений в онлайн. Данная тенденция – часть естественного процесса по переходу из одной церкви в другую.

По сути, с онлайн-поклонением Богу произошло нечто подобное тому эффекту, который возымел распространившийся намного раньше онлайн-шоппинг. Получив возможность совершать покупки в интернете, мы смогли значительно расширить товарный ассортимент, из которого выбираем. В то же время обратной стороной такого разнообразия является невозможность при онлайн-шоппинге «пощупать» товар и проверить некоторые его потребительские качества. Во время карантина каждый христианин, имеющий доступ к интернету, получил возможность виртуально поприсутствовать на множестве богослужений. Но так же, как и в случае с товарами из интернета, он не имел точных сведений ни о личных качествах, ни об образе жизни тех людей, собрание которых он посетил, не выходя из своего дома.

Финальная пятиминутка позитива. Я не был и не являюсь противником онлайн-богослужений ни во время, ни до, ни после карантина. Я уверен в том, что принцип «особого места», на котором надо поклоняться Богу, остался в Ветхом Завете (см. Втор.12:13-14). Новозаветный принцип поклонения Богу в духе и истине (Иоан.4:23-24), безусловно, включает и поклонение онлайн. Я интерпретирую данный принцип как возможность рожденного свыше человека поклоняться Богу на всяком месте и образовывать церковь в формате «здесь и сейчас», потому что в настоящую церковь люди не «ходят», настоящей церковью они являются.

Принцип поклонения «в духе и истине» Господь дал в ответ на конкретный вопрос самаритянки: «А где же то место, которое избрал Господь: в Иерусалиме или на горе Гаризим?» Подобным образом сегодня сторонники институционального взгляда на церковь вопрошают: «А в какую конфессию/собрание/город (нужное подчеркнуть) надо пойти, чтобы узнать истину?». Иисус отвечает им так же, как и когда-то самаритянке: «Исполнилось пророчество Малахии 1:11. Больше нет особо избранных мест. Теперь значение имеет не место, в котором вы поклоняетесь Богу, а то состояние духа, с которым вы это делаете».

За годы, посвященные онлайн-служению, я увидел в нем качественно новую возможность. Благодаря современным средствам коммуникации ощутить единство Тела Христова смогли те одинокие христиане, для которых в прошлые века это было бы невозможно. Еще в далеком 2008-м году книга Э.Шнепеля «Иисус Христос – конец религии» заставила меня задуматься над тем, что два христианина могут вместе помолиться Богу во время обеденного перерыва в заводской столовой, и это будет собрание. В последствии концепция «Органической Церкви» Ф.Виолы и Н.Кола утвердили меня в мысли, что место и форма богослужения – это не вопрос первостепенной важности.

Я уверен, что, когда искренние люди, не имея возможности собираться вживую, собираются онлайн, в очах Бога такое богослужение не выглядит чем-то ущербным или менее значимым, чем живое собрание. Отрицать это – все равно, что считать ущербными церкви наших братьев и сестер в Советском Союзе. В сталинский период христиане собирались по домам, а крещение принимали по ночам в копанках, вырытых в огороде. Вряд ли сегодня мы усомнимся в наших братьях и сестрах тех времен лишь потому, что они не собирались в молитвенном доме и крестились не в проточной воде.

Форма богослужения определяется конкретными возможностями. Если онлайн-богослужение – единственная возможность поклоняться Богу, то осуждать эту форму нет оснований. Более того, я думаю, что если бы Господь Иисус пришел бы на землю сегодня, Он бы зарегистрировался в Facebook. Я не уверен, что все Его посты имели бы публичную видимость, и что Он добавлял бы в друзья всех подряд. Но наш Господь, насколько мы можем видеть из Евангелий, использовал все возможности, которые предоставляет общество, чтобы донести Свое послание. И хотя лично для меня печатное издание Библии всегда было и будет незаменимым, я не осуждаю тех, кто читает Писание в телефоне, слушает в mp3 или смотрит его в виде роликов на YouTube.

С другой стороны, всегда важно помнить, что несмотря на свои якобы неограниченные возможности, служение Богу онлайн имеет свои границы. Я полагаю, что для Иисуса общение с последователями точно не ограничилось бы только онлайн-форматом, и Он вряд ли стал бы совершать Вечерю через видеоконференцию в Skype или Zoom. Очевидно, что каким бы сердечным ни было бы онлайн-общение влюбленных, оно не заменит живую встречу с объятиями и поцелуями. Подобно этому и онлайн-богослужение, будучи вполне приемлемым при определенных обстоятельствах, не должно, да и не сможет полностью заменить живое общение братьев и сестер в домах молитвы.

Примечания

[1] “New Study Shows Many Evangelical Protestants Now Plan for Online Church to Be Part of Their Lives, Even Without a Pandemic.” (27 Sep 2021) The Times Examiner. Available from https://timesexaminer.com/religious/8659-new-study-shows-many-evangelical-protestants-now-plan-for-online-church-to-be-part-of-their-lives-even-without-a-pandemic (Accessed 3 Nov 2021).

[2] “Нестеренко – Институциональное пленение Церкви”. Esxatos. Интернет-ссылка: https://esxatos.com/nesterenko-institucionalnoe-plenenie-cerkvi (Доступ: 3.11.2021).

[3] “One in Three Practicing Christians Has Stopped Attending Church During COVID-19.” (8 July 2020) Barna: State of the Church. Available from https://www.barna.com/research/new-sunday-morning-part-2/ (Accessed 3 Nov 2021).

Фото: Pixabay.

© 2021 “Христианский мегаполис”. Материал опубликован с согласия автора. Мнение редакции не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых материалов, однако это не препятствует публикации статей, написанных с разных позиций и точек зрения. Редакция не несет ответственность за личную позицию и богословские взгляды авторов статей, точность и достоверность использованных авторами источников и переписку между авторами материалов и читателями. При цитировании материалов портала “Христианский мегаполис” в печатных и электронных СМИ гиперссылка на издание обязательна. Также укажите следующую информацию: “Данный материал был впервые опубликован в “Христианском мегаполисе”.” Для полной перепечатки текста статей необходимо письменное разрешение редколлегии. Несанкционированное размещение полного текста материалов в печатных и электронных СМИ нарушает авторское право.

Максим Нестеренко

Максим Нестеренко

Магистр бухучета и аудита. Эксперт журнала "Налоги & бухучёт" (Харьков, Украина).

More Posts - Website