Харизматическое движение на постсоветском пространстве. По следам саммита в Сакраменто

Харизматическое движение на постсоветском пространстве. По следам саммита в Сакраменто

Критический анализ феномена духовной жизни новейшей истории

В сентябре с.г. в общине пастора Александра Шевченко «Дом хлеба» в Сакраменто прошел Пасторский саммит, посвященный изучению подходов и методов рассмотрения харизматического движения на постсоветском пространстве. Среди заявленных участников – пасторы-лидеры пятидесятнического/харизматического движения: Виктор Судаков (Россия), Виктор Павловский (Молдавия) Артур Симонян (Армения), Алексей Ледяев (Латвия), Максим Максимов (Казахстан/США), Василий Боцян (США) и др. С видеозаписью саммита можно ознакомиться на канале «Служение Александра Шевченко» в YouTube.

Следует отметить тот факт, что среди ведущих участников форума не было представителей Украины (за исключением самого А.Шевченко, родившегося в Украине), а ведь именно Украина является «колыбелью» славянского протестантизма, давшей толчок к распространению этого движения далеко не только на постсоветском пространстве, но и среди русскоязычной диаспоры в США, где большинство пятидесятников и баптистов являются выходцами из Украины.

Из некоторых компетентных источников стало известно, что далеко не все епископы-пятидесятники откликнулись на приглашение присоединиться к саммиту А.Шевченко. На встрече не присутствовали ключевые служители пятидесятнических церквей США. Отсутствовали Виктор Прохор (епископ славянских церквей Assemblies of God в США), Петр Саенко (епископ из Такомы (Вашингтон, США)), Сергей Хомич (старший пастор минской церкви «Благодать»), Джордж Давидюк (евангелист и популярный исполнитель христианских песен на украинском языке) и др.

Несколько слов о том, как все начиналось. Формулируя ключевые вопросы, ведущий-модератор саммита А.Шевченко задавал общую тональность темам и возможным обсуждениям, которые должны были получить свое развитие в течение саммита. Поднимались древние, как этот мир, вопросы об «истине» и «заблуждении», «ереси» и «правоверии». На повестку дня для обсуждения выносился вопрос об «абсолютной истине».

Для самого Шевченко «абсолютная истина» – это божественный взгляд на мир, выраженный божественным откровением, или Божьим Словом. Понятие «истина» и понятие «божественное откровение» для пастора церкви “Дом хлеба” идентичны. Опорный текст – слова Иисуса Христа: «Я есмь путь и истина, и жизнь» (Иоан.14:6). Попадая в руки человека, божественная истина проходит через призму его рассудка, преломляясь сквозь множество пластов его духовности и психосоматики. Истина истолковывается, пробиваясь через фильтры его субъективности: личных обид, огорчений и амбиций, семейного и общественного воспитания, культуры и субкультуры.

Опираясь на Евангельские тексты, Александр Шевченко вспомнил обличение апостола Петра апостолом Павлом, когда первый не смог поступить прямо по евангельской истине, оказавшись в неудобной для себя ситуации. Ведущий подчеркнул, что многие служители Божьи, на страницах Писания, были категоричны по отношению к истине, поскольку были ставленниками Всевышнего для возвещения этой самой истины. «Если они будут излагать ее в искаженном виде, это деформирует позвоночник всего общества», – отметил ведущий. Искажение истины порождает всевозможные деструктивные движения, течения и разнотолки, и далеко не все из этих течений успешно ушли в небытие. Некоторые из них прекрасно адаптировались в том числе и в отдельных местных христианских общинах.

А.Шевченко отметил, что «неистинные» взгляды (ложные выводы и толкования Писания) можно найти и у Ж.Кальвина (он имел в виду теорию «предопределения»), и у М.Лютера, который довольно неоднозначно относился к евреям и был, по словам ведущего, чуть ли не предтечей антисемитизма. И, как логическое следствие подобного рассуждения, на поверхности оказывается вопрос, который и стал стимулом для богословского размышления собравшихся на саммит: «Неужели Лютер мог одновременно быть и орудием Бога, и так искажать Писание, насаждая ложное учение в отношении евреев?». Ответ Шевченко однозначен: «Да, мог!». Он считает, что Лютер толковал Писание, находясь в состоянии обиды и мести, тем самым играя на руку дьяволу. Он не верит в то, что «ложные заявления и толкования» сами по себе отомрут. Ссылаясь на апостола Павла, организатор саммита считает, что с ересями необходимо разбираться и бороться.

В заключение своих размышлений Шевченко сформулировал три основных вывода, ключевых, по его мнению, для современного евангельского сообщества: (1) способность отличать человеческие мнения и предания от Божественной истины (откровения), чтобы устранять недоразумения и достигать единства друг с другом на основе евангельского учения, а не путем компромисса; (2) умение выявлять ложные доктрины в среде современной в среде современных местных евангельских общин, чтобы максимально надежно защищать церковь от ересей и людей, производящих разделение; (3) обозначить и выделить отдельные христианские движения и их лидеров, находящихся в заблуждении, чтобы избегать общения с таковыми для сохранения духовного здоровья от нездорового духа таковых.

По своей направленности и атмосфере пасторский саммит в Сакраменто представлял погружение в неопротестантскую субкультуру 90-х годов прошлого столетия. Что собой представляла эта субкультура тогда? Это и своеобразная стилистика речи (функционально-стилевая и эмоциональная окраска), и свои «герои» и «антигерои», и определенная тематическая направленность, и доминанта определенных церковных институтов, и др.

Во время сессии «Что такое закон маятника?», Александр Шевченко задает целый ряд вопросов; например: стоило ли действовать лидерам харизматического движения столь радикально, особенно в начале пути? Не это ли привело к тому, что консервативное крыло церкви закрыло свою дверь от всего, что было в харизматических общинах, в том числе и хорошего? Почему сегодня на постсоветском пространстве тяжело провести границу между харизматами (или, как их называют в России, «неопятидесятниками») и пятидесятниками? Что в этом христианском сообществе поменялось внутри за последние двадцать лет? Что поменялось по отношению к другим христианским конфессиям? Почему некоторые члены харизматических общин перешли в католицизм, а другие, увлекшись, например, Августином или Златоустом, ушли в православие? Можно ли утверждать, что харизматическая церковь способствовала духовному росту людей больше, чем пятидесятническая или баптистская?

На данный момент некоторые выступающие (например, епископ В.Павловский из Молдавии) подтвердили, что консервативные пятидесятники (к которым, по всей видимости, относит себя и пастор А.Шевченко) все еще помнят, и пока не хотят прощать лидерам харизматических движений их оскорбления, которые те нанесли им в 1990-х – 2000-х гг. Это ощущалось в особой тональности, в которой А.Шевченко общался с пастором А.Ледяевым. Последний в 1990-е годы позволял себе резкие высказывания по отношению к традиционным пятидесятникам. Поверхностность и вседозволенность харизматов (как тех, кто проповедовал в 1990-е, так и современных) все еще противопоставляется строгому учению о благоговении, страхе и трепете перед Господом консервативных пятидесятников. То, что в 1990-е годы произошел раскол в теле баптистского-пятидесятнического движения, когда резалось буквально по живому (разделение происходило зачастую между женой и мужем, родными братьями и сестрами, детьми и родителями) забыть и тем более простить оказалось трудно.

С одной стороны, А.Шевченко во время сессии под названием «Предыстория, или как все начиналось?» задает вопросы: «Можете ли вы сказать, что харизматическое движение от Бога? Неужели Бог был заинтересован разделить евангельскую семью? Были ли оправданы такие реформы?». С другой стороны, харизматическое крыло участников саммита (А.Ледяев, В.Судаков, М.Максимов) настаивали на том, что деление является частью нормального исторического процесса развития церкви вообще и любой конфессии в частности. Шевченко, не соглашаясь с этим и обращаясь к Ледяеву, напоминает: «Вы разрушали все старое радикально и уверенно!». «Но для харизматов, – парирует Ледяев, – оставаться в “старом” становится предательством самих себя и ошибочным компромиссом перед Богом».

Во время прений харизматы соглашаются с тем, что есть сильная сторона традиционных конфессий: строгость, порядок, братский совет, связь поколений (седовласые старцы, религиозные семейные кланы, преемственность поколений); в то же самое время, они напоминают традиционным пятидесятникам, что любое новое духовное движение (в том числе и рождение протестантизма) начинается с радикализма, эмоционального импульса и даже определенных крайностей (Увы, но без этого – никак!).

Пастор Василий Боцян, с нашей точки зрения, правильно отмечает, что конфликт 1990-х годов между пятидесятниками и харизматами был не в богословии, а в стратегии служения: одни хотели «стоять в вере, однажды переданной от святых, и пытались сохранить традиционные религиозные ценности, другие стояли на позициях развития жизни общин. Одни посвящали жизнь сохранению старого, другие хотели испробовать новое. Харизматическое движение характеризовалось свободой и смелостью, однако, с другой стороны, оно отличалось «размыванием берегов», отсутствием определенного центра, догматической путаницей (ведь с каждым говорил Сам Господь!). Результатом «харизматического пробуждения» 1990-х стало свободное самовыражение верующих, отсутствие страха перед репрессивной машиной консервативного пятидесятничества (в отдельных случаях), активная общественная позиция христиан и участие в социально-политической жизни общества («новый мировой порядок» А.Ледяева, пусть и не лучший, но все же пример).

Саммит напомнил о существовании целого среза неопротестантского, по большей мере неопятидесятнического, движения, которое сегодня постепенно забывается. По большому счету это движение (хотя природа его неоднородности противоречит, какой-либо его унификации) было и во многом остается «супер духовным» и антиакадемическим, возникшим на заре 90-х годов прошлого столетия. В целом, слушать людей, далеких не только от серьезного богословского дискурса, но и по большей части не разбирающихся в социологических, культурологических и политических аспектах жизни общества, не так уже и интересно сегодня. Основываясь на одном знании текста Библии и апеллируя к «вере отцов», уже невозможно убедительно обращаться к современному критически настроенному слушателю.

Один из минусов саммита заключается в том, что разговоры на теологическую тематику велись по большей части неспециалистами, людьми не имеющими специальной профессиональной подготовки. Доктринальные прения, которые устроили присутствующие на тему современной эсхатологии, заслуживают отдельного критического рассмотрения. Разумеется, для людей, имеющих систематическое богословское образование, а также политологов, культурологов и футурологов, категорические выводы в связи с «историческими событиями последних дней», соотносящихся с «библейским учением», выглядели, мягко говоря, неубедительно. Это связано хотя бы с тем, что в Библии не содержится одного едино-целостно-законченного и абсолютно внятного учения о том, когда придет Христос, в какой последовательности будет происходить то, что называется словосочетанием “последние события”. На этом фоне всякое притязание на владение абсолютной истиной (вспомним вводные слова А.Шевченко) выглядит несерьезно.

Стоит отдать должное пастору В.Судакову, который во время сессии «Церковь, семья и гендерная идентичность» (в которой поднимались вопросы нетрадиционной половой ориентации, отношения к выросшим в нетрадиционной семье, к пропаганде гомосексуализма и профилактике данного образа жизни, к отношению традиционных верующих к подобным «семейным союзам» и др.) сформулировал, на наш взгляд, более или менее, сбалансированный подход к данной проблеме.

Не менее интересными и вполне рациональными были размышления Ивана Лещука, который во время сессии «Духовная практика и сверхъестественные проявления» пытался объяснить разнообразные «духовные» проявления в харизматической среде (падения в состоянии экстаза, святой смех, энкаунтеры, лаяние, золотую пыль и др.).

И, тем не менее, учитывая формат, общую практическую и богословскую тематику саммита, невольно задаешься вопросом: как можно серьезно наблюдать за тем, как Ледяев, Максимов, Шевченко на сессии «Определения ереси и еретика» обсуждают проблему «ереси» и «ортодоксии»? Со всей категоричностью и однозначностью, они отвечают на вопрос: что есть «ересь» и что есть «неересь». Когда А.Шевченко начинает одну из сессий с того, что список сомнительных лидеров и движений довольно таки большой, то так и хочется перефразировать известную фразу классика русской литературы словами: «А эксперты-то, кто?» Нет ли крайностей, ересей, заблуждений и отклонений (не только по доктринальным вопросам, но и по банально политическим) от «здравого учения» в их собственных церквах, проповедях и книгах? Это вопрос, конечно же, риторический.

В целом, можно сказать, что просмотреть видео саммита будет интересно тем, кто, как принято говорить в определенных кругах, «родился свыше» в постперестроечные времена. Увы, молодому поколению верующих, так называемым миллениалам, многое, что говорилось и обсуждалось будет, в лучшем случае, интересно лишь как «исторический материал», а в худшем, просто чуждо и непонятно. Вряд ли сегодня 20-25 летние молодые пятидесятники/харизматы смогут ответить на вопрос: «Кто такой Ульф Экман, и почему он ушел в католицизм?»

Пастор Шевченко и другие организаторы саммита так и не уловили того, что «харизматические герои» 1990-х и их эпоха остались в прошлом. Современному молодому поколению размышлять и ностальгировать на темы лжепророчеств или абсурдных заявлений каких-то религиозных лидеров уже не интересно. Когда ведущий во время одной из сессий эмоционально приводит пример ереси, которую какой-то проповедник высказал еще в 1990-х гг., то это вызывает улыбку недоумения не только у молодых слушателей, но и у таких аксакалов харизматического движения, как Ледяев и Максимов. Кому интересно сегодня анализировать слова какого-то пастора, который 20 лет тому назад заявил, что он исполнил все, что написано в Евангелиях или то, что у него в венах течет кровь, как у Иисуса Христа?

Сегодня можно сказать, что многие харизматы переболели синдромом «пробуждения». Многие пошли учиться в духовные семинарии и другие учебные заведения, вполне осознав, что на одних лозунгах и громкой музыке долго им не протянуть. Надо строить более существенное основание для своей веры. Именно поэтому на постсоветском пространстве все менее и менее интересны такие личности, как Джей Рок Ли (Южная Корея) и Ти Би Джошуа (“Синагога Церковь всех народов”, Нигерия), о которых говорил А.Шевченко. Если раньше харизматический мейнстрим только и повторял эти имена как мантры, то сегодня это – маргиналы, зацикленные на помазанниках и «проявлениях». Относительно Владимира Мунтяна (Духовный центр “Возрождение”, Украина) еще можно поспорить, но, скорее всего, и его эпоха постепенно забудется, и его будут ждать такие же полупустые залы, которые сегодня собирает ранее популярный Сандей Аделаджа.

У молодых пятидесятников и харизматов свои герои, темы, ориентиры, пророки и духовный курс. У них даже, возможно, больше общего друг с другом чем у харизматов и пятидесятников, «состоявшихся» в постперестроечные времена. Сегодня нам необходимо думать о том, что читают, смотрят и слушают эти молодые верующие/неверующие, а не о том, что читали, смотрели и слушали мы и, тем более, наши отцы и деды. У ностальгии нет будущего. Будущее даже не за настоящим, а за будущим.

Что самое болезненное для тех, кто все еще ностальгирует о прошлом, пытается вернуть его актуальность (как в харизматическом, так и в пятидесятническом лагере), это – духовные ориентиры современной молодежи, которые меняются так быстро, что ни Шевченко, ни даже его гости не в состоянии догнать. Фразы типа – «Все, что Бог производит на этой земле, Он делает через Свой народ, через Церковь»; «Мы не жители земли, мы жители неба», «Мы чужие на этой земле, наш дом небесах», высказанные Сергеем Козловым, – сегодня уже звучат как анахронизмы и пережитки былого времени «подполья», при всем уважении к братьям и сестрам, претерпевшим гонения. Думаю, сегодня уже никому не надо объяснять, что социальная активность церкви и публичное богословие так же важны, как молитвенные собрания и совместное чтение Библии.

В заключение краткого «критического» анализа хочется отдать должное пастору А.Шевченко, как ведущему-модератору, за умение, как сегодня принято говорить, «словить хайп». Пасторский саммит – безусловно, событие, и о нем будут говорить какое-то время. Пастор церкви “Дом хлеба”, без сомнения, сделал очень много для того, чтобы собрать пятидесятников и харизматов под одной крышей.

Во время «Свободного микрофона» было абсолютно справедливо подмечено, что на саммите было хорошо представлено радикальное крыло харизматии и практически не было представителей крайнего консервативного пятидесятнического крыла «постсоветской» церкви. Был ли это продуманный ход ведущего или просто стечение обстоятельств? Остается только догадываться.

Отметим, что А.Шевченко поднял большое количество правильных вопросов, проблема лишь в том, что по большей части участники саммита не отвечали на поставленные вопросы, а «проповедовали» свою agenda, рассказывая свои свидетельства. Острые вопросы, обращенные к А.Ледяеву, попытка балансировать между угождением взглядам консервативных пятидесятников и симпатией к друзьям-харизматам, с которыми он записывал «телевизионный контент», еще раз доказывает, что Александр Шевченко не только эффективный церковный служитель, но и искусный религиозный медийщик.

“У Лукоморья все иначе, чем было в прошлые века,

В темнице девушка не плачет, от дуба нету и пенька;

Кота закрыли в заповедник за слабый словооборот,

Теперь по сцене проповедник, шагает чинно взад вперед;

Идет направо шепчет нежно, на лево сказку говорит,

Там чудеса покруче прежних, златая пыль столбом стоит;

Там места нету суеверьям, там с потолка слетают перья,

Там люд наивный и простой,

А тридцать витязей прекрасных при помощи лампадок ясных

Алмазы ищут под скамьей;

Там кто-то охнет, кто-то ахнет, там лживый дух, там ложью пахнет,

Да только пастве невдомек,

Вопрос зачем сгущают краски и правдой называют сказки

С надеждой пялясь в потолок.

Пусть будет все, как было прежде.

Пусть волны бьют в песок прибрежный,

Пусть Королевич мимоходом пленяет грозного царя,

А в облаках перед народом

Через леса через моря, колдун несет богатыря;

Пусть сказка сказкой остается,

А Божий люд от сна очнется

А значит я писал не зря.”

(Леонид Писарчук)

Источники

“История ХВЕ в России”. http://www.vvifleem.ru/index.php/istoriya-pyatidesyatnichestva-v-rossii/pyatidesyatniki-v-poslevoennye-gody/avgustovskoe-soglashenie-1945-i-prebyvanie-vo-vsekhb.html (Доступ: 24.10.2018).

“Международный пасторский саммит. Сакраменто. 6-8 сентября 2018 года”. https://pastorssummit.info (Доступ: 24.10.2018).

“Служение А.Шевченко”. https://www.youtube.com/user/aleksandrshevchenko (Доступ: 24.10.2018).

Photo: Pixabay

* * * * * * * * *

© 2018 “Христианский мегаполис”. Материал опубликован с согласия автора.

Примечание: Мнение редакции не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых материалов, однако это не препятствует публикации статей, написанных с разных позиций и точек зрения. Редакция не несет ответственности за личную позицию авторов статей, точность и достоверность использованных авторами источников и переписку между авторами материалов и читателями.

При цитировании материалов портала “ХМ” в печатных и электронных СМИ гипер-ссылка на издание обязательна. Для полной перепечатки текста статей необходимо письменное разрешение редколлегии. Несанкционированное размещение полного текста материалов в печатных и электронных СМИ нарушает авторское право. Разрешение на перепечатку материалов “ХМ” можно получить, написав в редакцию по адресу: christianmegapolis@gmail.com.

Анатолий Денисенко

Анатолий Денисенко

Магистр теологии (Евангельский факультет - Осиек, Хорватия). Магистр философии (Киевский национальный университет им. Тараса Шевченко).

More Posts - Website