Зачем мне нужна моя церковь?

Зачем мне нужна моя церковь?

Часто я сам себе задавал подобный вопрос, а в последнее время, к сожалению, стал его слышать от других. Причем, эти  другие – совсем разные люди: молодые и не очень, семейные и холостые, активисты церковных проектов и пассивные посетители церковных собраний. Меня это наталкивает на мысль, что из частной проблемы нескольких озадаченных жизнью людей, это становится одним из актуальнейших вопросов современности.

ЦЕРКВИ И КЛАНЫ

Ясно, что евангельских верующих это коснулось больше, чем православных или католиков. Там церковь – это канал по “распределению” благодати. Таинства совершаются в церкви, а потому без церкви невозможно «причаститься к Божьему естеству». Если мы сузим фокус нашего исследования лишь до евангельских верующих (Evangelicals), то возникнет еще один вопрос – а все ли евангельские церкви страдают от данной проблемы. И опять – не все. Чем старше церковь, тем меньше подобных вопросов там задают люди. Почему? Да потому что в “древних” церквях, как правило, люди живут кланами. Раньше было принято, чтобы в каждой семье верующих было, как минимум, трое детей (не всегда и везде, но семьи были большие). Дети с детства ходили в церковь, семьи создавали исключительно с членами церкви. Таким образом, ко второму-третьему поколению практически все родственники были членами церкви, все друзья – оттуда же. Формировался клан.

Жизнь кланов больше, чем наполовину крутится вокруг церкви. Людям, принадлежащим к клану, и в голову не приходит вопрос – а зачем мне оно нужно? Они в церкви родились, в церкви выросли и женились, в церкви родили своих детей, там же хоронят своих родителей. Они там празднуют и христианские праздники, и личные. Кроме всех этих социальных «подпорок» в таких церквях еще сильно воспитание путем развития “социального стыда”. Попробуй человек выйти, отойти, отпасть от церковной жизни, он автоматически лишается эмоциональной поддержки: родственники и друзья его не поймут. Мало того, некоторые могут просто «вычеркнуть» его из своей жизни.

НЕДАВНО ОБРАЗОВАННЫЕ ЦЕРКВИ

Совершенно иная ситуация в недавно образованных церквях. Практически все члены церкви – верующие в первом поколении, как правило – не многодетные. Кланов нет, закадычные друзья есть лишь в совсем молодых церквях (до трех – пяти лет: там им кажется, что все люди – братья и друзья… “первая любовь”- что еще можно сказать…), либо уже в проверенных временем (более пятнадцати лет). И то – таковых не очень много. На первых порах посещения такой общины человек абсолютно искренне понимает, что эта община сыграла в его жизни важную, решающую роль. Он там узнал Бога, был крещен и наставлен в основах христианской веры.

МОМЕНТ ИСТИНЫ

Но наступает такой момент, когда посещение воскресных собраний перестает быть для него необходимым. А тут еще и неверующие родственники и друзья “подкатывают” со своими вопросами: «А зачем ты туда ходишь?». Начинается кризис, который, к сожалению, не всегда заканчивается хорошо. Теперь попробуем задаться этим же вопросом с точки зрения евангельской экклесиологии.

КАКОВА ЦЕЛЬ СУЩЕСТВОВАНИЯ ЦЕРКВИ?

В кругах богословов и церковных практиков существует несколько вариантов ответов на вопрос о целях церкви. Вариант первый: у церкви три цели: прославление Бога, назидание верующих и евангелизация мира. Вариант второй обозначает пять целей: прославление Бога, назидание (ученичество), евангелизация мира, общение и служение. Существуют многочисленные модификации и комбинации выше обозначенных целей: прославление, назидание и служение; койнония, диакония, свидетельство (оно же мученичество) и литургия; ортодоксия (правильное прославление) и ортопраксия (правильные дела). Большая же часть евангельских христиан на территории бывшего СССР цитирует текст из Деян.2:42 – «И они постоянно пребывали в учении Апостолов, в общении и преломлении хлеба и в молитвах».

Преломление хлеба

Рассмотрим каждую из этих составляющих по-отдельности. Начну с преломления хлеба. Евангельские верующие, противопоставляя себя православию и католицизму, не признают, что преломление хлеба реально является таинством пресуществления. То есть, для них хлеб не превращается в тело Христа, а вино – не становится кровью. В большинстве евангельских церквей Восточной Европы это так и называют – воспоминание о страданиях Христа. Причастие не придает святости (наоборот, подойти к причастию ты можешь только предварительно освятившись), причастие не дает прощения грехов (для этого есть вера и покаяние), причастие не приближает человека к Богу. Хлеб и вино в большинстве церквей принято называть символами, знаками, напоминанием. Человек, слегка подуставший от церкви, сам себе говорит: «Знаки напоминания нужны для забывчивых, им постоянно нужно что-то напоминать и обязательно с помощью символов, а у меня и так все в порядке с памятью”.

Молитва

Далее – пребывание в молитвах. Тут вообще все просто. Сама евангельская церковь учит, что Бог имеет личные отношения с каждым отдельным человеком, так что молиться Ему можно на каждом месте и в любое время. И уж совсем непонятно, зачем нужно себя напрягать, вставая воскресным утром, либо идти темными дорогами вечером, лишь для того, чтобы помолиться. Такой человек ясно понимает, что Бог его молитвы слышит и дома.

Учение апостолов

Как правило, на практике оно выражается в проповедях, либо на церковных семинарах. С распространением Интернета и повышением его скорости с одновременным понижением стоимости, это вообще перестает быть проблемой. Абсолютное большинство пасторов думают, что люди приходят в церковь услышать их проповеди. Наверное, во многих новых церквях, это так и есть. Так как большая часть молодых церквей находится под руководством образованных, подкованных служителей, которые готовятся к проповедям, и им есть, что сказать. Но к окончанию пятого-седьмого года пасторства даже самый подготовленный проповедник истощается. Любимые темы закончились, Библия уже неоднократно перечитана, и он начинает повторяться. А Интернет тут как тут. И там тебе – на любой вкус: и белые, и черные; и серьезные, и “клоуны”; и молодые, и пожилые; и “мачо”, и “калеки”; и холостые, и женатые. “Нате вам, батенька, и «первое», и «второе», и «компот»!” Все духовные блюда готовы на “цифровом подносе”. И самое главное – в любую минуту его можно остановить, выключить, поискать другого, чего, к сожалению, нельзя сделать в поместной общине.

Общение

Проповедями сегодня тоже в церковь многих не привлечешь. Остается общение. Как за последнюю надежду хочется мне за него схватиться,… но… социальные сети – удар, как говорится, “ниже пояса”. Люди там общаются часами. Причем, свидетельства многих искренних верующих и активных членов церкви показывают, в он-лайн режиме и общение получается намного более открытым и искренним, чем в реальной жизни (даже с теми, с кем встречаешься лицом к лицу).

Особенно это касается молодежи. Рассуждая таким образом, человек приходит к выводу, что церковь ему не особо нужна, в Бога он может и дома верить. «А – служение?» – кричим ему вдогонку, – «как же служение? Ведь ты служил в нашей церкви». А он нам в ответ: «А я и без вас могу добрые дела делать… и при этом мне не надо будет все это сопоставлять с вашим церковным бюджетом, спрашивать вашего разрешения, состыковывать свои планы с вашими». Все. Ушел. Вернется ли? Кто знает? А что делать? Теперь надо на членском его осудить как плотского, чтобы другие, испугавшись отлучения, задумались прежде, чем уйти – вот именно так чаще всего провожают «бывших членов церкви». Но проблема в том, что такие методы еще больше напрягают думающих людей и побуждают их еще быстрее покинуть церковь. В церкви остаются лишь те, на кого влияют запугивания, “социальный стыд”, и прочие небиблейские мотивы. Что же делать на самом деле?

ВИРТУАЛЬНЫЙ МИР И РЕАЛЬНОСТЬ

Я считаю, что большинство современных церквей до сих пор не поняли, в какой реальности они живут, насколько виртуальный мир изменил мировоззрение молодого и среднего поколения, насколько поменялись ценности. И в нашем контексте все это произошло всего за каких-нибудь 2-3 года, когда скоростной Интернет перестал быть роскошью и, плюс к этому, когда многие люди именно там смогли получить компенсацию своим внутренним комплексам и избавиться от тоски и одиночества, которые мучают каждое сердце. Церкви продолжают делать акцент на «звучании» Слова, программы, песенного прославления, акциях и проектах, а людям сегодня больше всего не хватает именно отношений, дружбы, принятия. Люди уходят, и будут уходить… Чтобы этого не произошло, и преломление хлеба, и молитва, и учение, и служение должно сегодня выстраиваться вокруг отношений.

Если церковь – это тело, развивающееся благодаря взаимоскрепляющим связям, то где эти связи? Даже «малые группы» в большинстве случаев стали либо закрытой сектой (где собираются человек 8-10), которые уже годами ходят друг к другу в гости, и, во-первых, никого другого не видят, а, во-вторых, так и не знают глубинных переживаний друг друга; либо такие группы имеет разовую проектную направленность. Я не могу понять, почему Бог несколько последних месяцев посылает мне навстречу именно «одиноких» людей, которые годами посещают церкви (причем разные и в разных странах) и даже переходят из церкви в церковь в надежде найти ответ на свой вопрос, думая, что ответ – в программе или проекте. Но их опять ждет разочарование,… если они не стали частью клана, а также – одиночество. А мы не можем понять – почему же церкви не растут…? А, если растут, то лишь за счет «рыбы», выловленной в “чужом ведре”.

ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ К ТЕЛУ ЦЕРКВИ

После долгих размышлений я убедился, что если за неделю мне никто из моей церкви не позвонил просто узнать, как у меня дела, просто «поболтать», значит, я поставил себя так, что со мной можно говорить только о делах. Это означает, что у меня нет друзей… а, если я еще и служитель церкви, значит, это состояние передается всей церкви. Это приведет к тому, что церковь будет наполняться лишь временными людьми, которые зашли на пару-тройку лет и потом уйдут (либо в другую церковь, либо вообще – туда, откуда пришли).

Причастие – это понимание своей причастности к Богу, но лишь в контексте других членов этого же тела. Только тогда оно становится таинством. Молитва – это мое общение с Богом, но только тогда, когда мы молимся вместе о своем сокровенном (а не просто о церковных «делах»), – она становится таинством. Учение апостолов – не просто набор символов и звуковых файлов – это бесценный жизненный опыт применения божественных истин, который может быть познан только в кругу близких, а это и есть таинство. Служение приносит больше плодов лишь тогда, когда оно совершается во имя общей любви людьми, любящими друг друга, а эта любовь и есть таинство.

Мне нужна церковь, несмотря на то, что я давно научился питать себя духовно без проповедей, общаться с Богом без общих молитв, ценить жертву Христа и без символов. Единственное, чего я не научился делать, – пребывать в одиночестве. Я создан Творцом социальным существом (несмотря на то, что создал Он меня интровертом). Я благоговею перед чашей и хлебом, когда рядом стоят люди, знающие и любящие меня; я прошу, чтобы они молились о моих нуждах, когда я знаю, что я небезразличен этим людям. Я готов с ними вместе идти в бой потому, что люблю их.

Photo: Pixabay.

Владимир Убейволк

Владимир Убейволк

Доктор философии (Ph.D., University of Wales). Руководитель центра "Начало жизни". Пастор евангельской церкви "Свет миру" (Кишинев). Преподаватель богословия.

More Posts - Website