“Бог готовил меня к служению”. Интервью с Анарой Несипбековой

“Бог готовил меня к служению”. Интервью с Анарой Несипбековой

От редакции: Предлагаем Вашему вниманию интервью с Анарой Несипбековой, организатором женских христианских форумов, лидером евангельского служения среди женщин в странах Средней Азии. С 2010 года, вместе с мужем и четырьмя детьми, А.Несипбекова проживает в США.

Анара, расскажите немного о себе и о своей семье. Где Вы родились, выросли? При каких обстоятельствах впервые услышали о Боге и христианстве?

Я родилась в Казахстане, выросла в большой семье. Отец мой был богобоязненным человеком. В молодости он учился в медресе (мусульманском духовном учебном заведении), читал молитвы на разных религиозных мероприятиях. В семье нас, детей, учили быть честными. Детство мое было более или менее безоблачным, у меня было много друзей – немцев и русских по национальности, проживавших в Казахстане. Хочу отметить, что в течение всего моего детства, мне в голову ни разу не пришла мысль о том, что есть какая-либо разница, к какой этнической группе принадлежит человек – настолько дружно мы жили. Полагаю, что с раннего детства Бог готовил меня к служению среди разных народов.

Еще, помню, что меня пугало то, что люди смертны. Во времена атеизма в СССР многие верили в то, что со смертью человека все заканчивается. Я жизнелюб по натуре, и данные размышления приводили меня в ужас. Все обострилось, когда в 1994 году умерла мама. Конечно, тогда у меня возникло множество вопросов к Богу. Это было смутное время. СССР развалился. Хотя я жила безбедно, так как вращалась в бизнес-кругах, имела много связей в высокопоставленными людьми, весь этот лоск и блеск довольно быстро привел меня к разочарованию. С одной стороны, я осознавала, что у меня многое есть, но, с другой стороны, я видела, как легко можно потерять богатство, ведь многим моим партнерам по бизнесу угрожали. Их запросто могли убить, и что тогда? У меня появились вопросы, на которые я не могла найти ответы.

В поисках ответов, я приходила в мечеть и просила служителя ислама молиться обо мне, однако я покидала мечеть с такой же внутренней пустотой, с которой приходила. Я обращалась к Богу-Создателю, вопрошая Его о смысле жизни. Я хотела разобраться, для чего я живу и куда я иду. Я, конечно, не думала, что Он меня услышит, но Бог послал мне навстречу благовестника, который сам когда-то был утопающем в алкоголе грешником и даже пережил клиническую смерть. После многих внутренних борений и сомнений, я, наконец, решилась придти в церковь. Я избрала Первую баптистскую церковь в Алма-Ате.

В каких обстоятельствах произошло Ваше обращение к Богу (покаяние)? Что последовало дальше? Что побудило Вас посвятить жизнь служению Богу?

Я обратилась к Богу в алма-атинской церкви христиан-баптистов. Это, конечно, было нелегкий путь. Я была одна казашка в той церкви, все остальные были русские или немцы. Порой, я чувствовала себя предателем своего народа. У меня была огромная внутренняя борьба. Я всегда боялась попасть в секту, боялась насмешек со стороны родственников и друзей, которые, как только я начинала заговаривать о Христе, начинали сторониться меня и смотреть на меня не так.

Моя внутренняя “борьба с Богом” продолжалась в течение двух лет, однако, в один прекрасный день Иисус коснулся моего сердца, и с того момента я ни разу не усомнилась в правильности своего выбора. С тех пор прошло около 18 лет. Отец и некоторые мои родственники также уверовали во Христа.

Вы обучались в библейском институте в Алма-Ате и в колледже в Кишиневе. Что дало Вам христианское образование? Каким образом преподаватели и учебный процесс повлияли на Ваше формирование как лидера?

Сейчас мне трудно представить, что бы было, если бы я не имела бы возможности учиться. Также, трудно представить, как бы сложилась жизнь нашей семьи и, особенно, детей. Учеба положительно повлияла на нас. Она трансформировала наше мышление, особенно в вопросе воспитания детей, которых у нас четверо. Обучение также повлияло и на остальные сферы жизни и служения. Вообще, мне нравится учиться и постоянно расти. Личный пример кишиневских преподавателей повлиял на меня больше всего. В Средней Азии нам этого не хватало. Конечно, хотелось бы назвать много имен, но, думаю, что это займет много времени. В кишиневском библейском колледже я изучала социальную работу и, честно скажу, была увлечена гуманизмом в ущерб консервативному богословию. Кое-что мне позже пришлось пересмотреть.

Вы несете служение среди женщин и являетесь одним из христианских лидеров в Средней Азии. Расскажите о Вашей работе и о стратегических направлениях в служении.

Моим служением является поддержка женщин-христианок в различных сферах, в основном, в странах Средней Азии – бывших республиках СССР (и в других регионах мира). Среднеазиатские женщины испытывают особые трудности. Порой, им не к кому обратиться за советом и духовной поддержкой. Благо, сейчас мы можем пользоваться Интернетом. Скажу Вам, что я получаю много писем из региона с воплем о помощи.

Также, время от времени, мы с мужем организуем в разных регионах Азии конференции и семинары. Это хорошая возможность собрать женщин-христианок, ободрить их и оказать посильную помощь. Мы поддерживаем некоторые духовные центры, как финансово, так и духовно. В настоящее время я пытаюсь привлечь к сотрудничеству больше влиятельных и неравнодушных к проблемам женщин из стран третьего мира деятелей из стран запада. Летом 2013 года, при участии женщин из США и други стран, я провела конференцию The Voice.  На нее я пригласила женщин, которые ведут борьбу с рабством и насилием в разных регионах мира. Конференция была важным событием, так как она обнажила многие крофоточащие раны на теле среднеазиатского общества. Картина оказалась не столь радужной, какой ее преподносят нам СМИ и даже руководители некоторых церковных объединений.

Каково положение современной женщины в странах Средней Азии в общем и положение женщин-христианок в евангельских общинах?

Скажу Вам, что положение женщин в Средней Азии радости не вызывает. Я как-то писала об этом на страницах “Христианского мегаполиса”. Порой, мне хочется разрешить все проблемы “одним махом”, но этого, конечно, не получается. Однако, Богу возможно все, и Он поддерживает женщин-христианок и в этом довольно сложном регионе мира. Конечно, в Средней Азии мало духовно сильных евангельских общин, ощущается недостаток душепопечителей и пасторов, которые бы, кроме проповеди, еще и оказывали женщинам духовное вспоможение. Женщины испытывают давление отовсюду, т.е. извне и изнутри.

Не секрет, что евангельские общины, состоящие из коренного населения, в настоящее время испытывают разного рода притеснения от государственной власти. Есть ли у церкви в Средней Азии будущее? Думаю, что есть. Несмотря на многочисленные запреты и унижения, многие христиане горят любовью к Богу и продолжают Ему служить на своей земной родине, не мечтая об объезде на запад. Многие намеренно остаются в своих странах и страдают вместе с Божьим народом.

На “Лозаннском конгрессе” (в Кейптауне, ЮАР в 2010 году) я встретила семь пасторов только из Казахстана, не говоря уже о других республиках Средней Азии. Мне приятно было с ним общаться. Интересно, что в свое время они вышли из казахского союза баптистов и, несмотря на жесткую критику и “пророчества”, что “вскоре они отойдут от Бога”, они выстояли, продолжают активно служить и развиваться. Казахское евангельское христианство известно на международном уровне, и это приятно видеть.

К сожалению, коренное население – казахи – в союзе баптистов находятся “на вторых ролях”. На мой взгляд, направление служения этническим казахам находится в плачевном состоянии. У многих нет возможности обучаться и развиваться. Когда лет пять тому назад я посещала одну из общин в Казахстане, то была удивлена состоянию “духовного младенчества”, в котором пребывали верующие-казахи. Мне кажется, что баптистскому братству не помешала бы большая открытость и более активное служение коренному населению страны.

Какой должна быть роль женщины в церкви? Могут ли женщины быть пасторами, лидерами, евангелистами, т.е. совершать служение, которое традиционно в славянском контексте закреплено за мужчинами?

В Библии мы находим примеры, когда женщины брали лидерство в свои руки. К примеру, в книге Судей говорится о Деворе, которая повела за собой тысячи мужчин. Она предлагала это сделать Вараку, но он не захотел, потому что боялся. Авигея приняла решение спасти свою семью, так как у мужа не хватало на это мудрости. Сара, жена Авраама принимала решения вопреки желанию Авраама, когда вопрос касался Агари.

Из библейского контекста мы видим, что активная роль женщин в жизни Божьего народа не противоречила воле Господа в перечисленных мною случаях, так как тогда не оказалось мужчины, который бы мог взять ситуацию, как говорится, в свои руки. Но, вместе с тем, скажу, что в Писании мы находим и отрицательные последствия того, когда женщина брала инициативу в свои руки.

Я думаю, что мы живем в период, когда в наших церквях уж слишком много появилось безинициативных мужчин. Вместе с тем, количество церковных вопросов и проблем не уменьшилось. Думаю, что Бог призывает женщин стать в строй и совершать Его труд. Так же, как и в библейские времена, есть женщины, которые могут повести других за собой, но есть и те, которые могут принести больше вреда, чем пользы. То же самое можно сказать и о мужчинах-служителях. Не все они идеальные. От некоторых бывает ой, как много проблем.

Думаю, что женщина может служить евангелистом. Впрочем, не только может. Женщины служат евангелистами, и в истории христианства есть тому примеры. Из женщин получаются прекрасные миссионерки. Также, женщины могут служить другим  женщинам, к примеру, те, кто старше, могут делиться с молодыми христианками опытом построения семьи и воспитания детей (Тит.2:5). Иисуса довольно часто окружали женщины, служившие Ему. Спаситель никогда не относился к женщинам пренебрежительно, но всегда заботился о них.

Говоря о славянских церквях в эмиграции и о евангельских церквях в бывшем СССР в целом, хочу подчеркнуть, что, хотя официально в них женщины не имеют влиятельного положения, но неофициально они оказывают огромное влияние на все сферы жизни и служения общин. Чего только стоит их влияние на мужей-служителей или на вопросы, которые решаются негласно! Так как большая часть членов славянских общин не мужчины, а именно женщины, они, к примеру, часто определяют, будет ли избран на пасторское служение тот или иной кандидат. Легче было бы допустить женщин к тому, что они уже и так делают. Это убило бы многие закулисные интриги в общинах. Думаю, что и в наше время Бог способен воздвигнуть женщин-лидеров.

Несколько лет тому назад Вы с семьей переехали в США. Как прошла адаптация? С какими вопросами и проблемами Вы столкнулись, будучи эмигрантами? Не сомневаюсь, что Вы знакомы с буднями евангельских церквей славян-эмигрантов. С какими вопросами и проблемами сталкиваются церкви в Калифорнии (и не только), на Ваш взгляд?

Мы переехали в США более трех лет тому назад и, к своему удивлению, быстро влились в американскую жизнь и культуру. Мы практически не испытали никакого так называемого “культурного шока”. Возможно, это произошло еще и потому, что к тому времени, мы уже несколько лет общались и сотрудничали с американскими христианами. Конечно, мы смотрели, в какую церковь мы пришли, учитывали, что исповедуют христиане в избранной нами поместной церкви, смотрели на образ жизни американских верующих, анализировали проповеди и др.

Также мы обратили внимание на тот факт, насколько  в церкви уделяют внимания воспитанию детей. Те, с кем мы общались, ставят большой акцент на воспитании детей и их образовании. Они наставляют их в Слове с самого детства. Нас приятно удивило, что в Америке так много новых христианских песен, прславляющих нашего Господа, жаль что многие русские христиане не имеют доступа к богатой американской христианской музыкальной коллекции.

Самое трудное в эмиграции (лично для меня) было общение с эмигрантами-славянами. Не хочется конечно, говорить плохо об эмигрантах, так как за последние 25 лет уже многое стало явным и понятным. Эмигранты “по уши” в проблемах и трудностях, и для многих это очевидно, кроме самих эмигрантов, к сожалению. Лишь некоторые замечают, что что-то не так, но не знают (или не хотят знать), как им из всего этого выйти. Очевидно, что в славянском христианском сообществе нужны перемены, а они болезненны, особенно когда мы говорим о традициях и устоях, которые формировались десятилетиями.

Честно говоря, мне жаль славянскую молодежь, которая, скажем так, выросла без каких-либо ясных целей, с искаженным пониманием реальной жизни. Спустя годы после эмиграции 1990-х, в США выросло инертное поколение молодых славян, у которых нет цели в жизни, нет идеи, которая бы двигала ими. Те же идеи, которые навязываются другими, оказываются для американизированных молодых людей неактуальными и нереальными.

В славянских общинах молодежи пытаются привить ненависть к стране, в которой они живут (США), нелюбовь к языку, на котором они говорят. Порой, в них высмеивают американскую культуру. Естественно, что молодежь не может жить Советским Союзом, в котором не жила, а также Россией, о которой лишь слышала. Получается, что старшее поколение пытается привить молодежи реальность несуществующей ныне страны, в которой они когда-то жили.

Вообще, меня поражает тот факт, насколько легко эта нехристианская идея смогла проникнуть и прижиться в среде христиан. Я имею в виду мысль о том, что какой-то народ (или культура) может быть лучше другой, или что какая-то культура может быть “более греховной” или “менее греховной”. Библия ведь уравнивает всех: “все согрешили и лишены славы Божьей, нет праведного ни одного” (Рим.3:23-24).

Прошлым жить нельзя. Нельзя любить страну, в которой молодежь не жила. Задача церкви – быть миссионерским сообществом, служить в той культуре, в которой она находится. Если церковь не несет миссионерского служения, то она представляет собой что угодно – клуб по интересам, культурно-языковое сообщество, но никак не церковь Иисуса Христа. Если церковь не пополняется новыми людьми, но она, со временем, потерпит сокрушительное поражение.

Мне приходилось говорить с молодыми ребятами-славянами, которые потеряли ориентир в жизни. Им могла бы помочь любая поместная церковь, но своя, славянская стала чужой для них по многим причинам. А в американскую они не хотят идти, так как с детства им внушали, что все американское – “липовое” (fake), ненастоящее. Вот они и уходят в мир. Я думаю, что Бог в конце времен строго спросит с тех, кто посеял в юные души такую ложь.

У Вас и Мади (мужа) большая семья. Как Вам удается совмещать активное служение с воспитанием четверых детей? Какие моменты сложнее всего?

Порой бывает очень непросто. Какие-то аспекты страдают, и это приходится исправлять. Основной секрет в полной зависимости от Бога. Мы не полагаемся на себя, а просим мудрости у Бога. Успех только в этом. Мы вместе молимся обо всем, планируем, обсуждаем с детьми все, что нам предстоит сделать в ближайшее время. Нам очень помогает планирование. К примеру, у меня все запланировано до 2015 года. Мы стараемся помогать друг другу, дети уже помогают нам в служении.

Мы, в свою очередь, уделяем особое внимание воспитанию и образованию детей. Мы общаемся с нашими детьми, много говорим с ними; это очень важно, особенно в подростковом возрасте. У нас дома есть график, и каждый отвечает в определенный день, к примеру, за уборку в доме, загрузку посудомойки и др. Когда я уезжаю куда либо по делам служения, я все заранее планирую так, чтобы дети были под присмотром. Вообще, мы их никогда не оставляем без присмотра. Я готовлю для них полуфабрикаты, чтобы им было легко, и они могли концентрироваться на учебе. Мы стараемся укладываться спать пораньше, и раньше вставать.

Также для нас нет “мужской” или “женской” работы. Мы с Мади стараемся заменять друг друга. Когда мы учились в библейском колледже в Молдавии, мы часто помогали друг другу в исследовании при написании письменных работ. В данное время, поскольку муж является студентом семинарии, многое ложится на мои плечи. Это временно, но необходимо, и мы едины в решении всех вопросов, с которыми сталкиваемся в жизни. Самое сложное – это когда приходиться переезжать на новое место жительства. Детям нужно время, чтобы привыкнуть к новой обстановке.

Недавно Вы посетили Индию, где принимали участие в форуме “Лозаннского движения”, затем Вы совершали служение в Киргизии. Расскажите об этих поездках. Что Вам удалось осуществить?

Впервые я побывала на конференции “Лозаннского движения” в Кейптауне в 2010 году. Это расширило мой кругозор. Я поняла, что христианство в современном мире отличается от его привычного понимания в контексте христиан-славян и даже некоторых представителей запада. Центр христианства переместился в Азию, Африку и Южную Америку.

В Индии проходил форум христианских лидеров со всего мира. Это отличная возможность услышать о том, какой труд совершается во всем мире. Я много узнала о новых методах работы с людьми, особенно о том, что касается евангелизации молодежи и обездоленных. Здорово было видеть христиан, которые горят желанием служить Господу. Пообщавшись с ними, невольно зажигаешься и сам.

В Киргизии мы поддерживали служение наших братьев сестер во Христе из числа этнических киргизов.

Какие у Вас планы на будущее?

Мы с мужем как-то прочли книгу “25 удивительных браков”. К сожалению, мы обнаружили, что большинство успешных христиан, которые были чересчур обременены служением, “потеряли” детей; многие из них ушли из церкви. Я не хотела бы пережить что-то подобное, поэтому сейчас, воспитывая трех подростков одновременно, полагаю, что это самое важное мое миссионерское поле. Нельзя воспитать хороших детей “на бегу”.

Спасибо Вам за беседу. Успешного Вам служения во славу Господа.

Фото: А.Несипбекова | Facebook

Анара Несипбекова

Анара Несипбекова

Бакалавр социальной работы (B.S.W.) (Кишиневский теолого-педагогический колледж). Координатор женского служения в Средней Азии. Душепопечитель, организатор конференций и семинаров. Вместе с мужем воспитывает 4 детей. Проживает в США.

More Posts - Website